– А ты не поможешь мне сегодня написать сочинение? – попросила Элли, трепеща ресницами. – Мы могли бы написать его вместе.
– Я собирался написать его сразу по возвращении из школы. Сегодня мы с Дэйзи идем гулять.
– Тогда я пойлу с тобой! – с готовностью воскликнула Элли. – Ведь твоя мама не будет возражать?
Казалось, эта идея Клинту не слишком понравилась, но он никогда не умел отказывать людям.
– Мамы нет, она на работе, – сказал он.
Элли это было уже известно. Судьба предоставляла ей замечательную возможность соблазнить Клинта Шоу.
Просторный дом семьи Шоу стоял в переулке рядом с Вейвентри-роуд- улицей, на которой жили несколько клиентов Руби времен ее работы посыльной ломбардов. Но молодые люди этого не знали. Элли уже бывала у Шоу. Она считала, что в их доме слишком яркий интерьер и чересчур много мебели.
– Обычно я делаю домашние задания на кухне, – промямлил Клинт.
– Я не против.
Они разложили книжки на салатного цвета кухонном столе, уселись на такие же стулья, и Клинт стал объяснять, что в «Потерянном рае» описывается изгнание человека из райского сада за нарушение Божьих заповедей и за то, что он поддался искушениям Сатаны, также до этого изгнанного с неба.
– Ты рассказал все так доходчиво! – восхищенно воскликнула Элли.
Клинт покраснел.
«Как же он красив! – подумала Элли, наблюдая, как краска заливает его гладкую светлую кожу. – Ну почему он до сих пор этого не осознал?»
С такой внешностью Клинт мог бы менять девчонок, как перчатки. У него были густые светлые волосы – слегка волнистые на концах, немного не достававшие до ворота его школьного пиджака, но все же достаточно длинные, чтобы юноша не казался старомодным. Все черты его лица – тонкие брови, серые глаза, ресницы, за которые большинство женщин пожертвовали бы чем угодно, прямой нос, чуточку полные губы – были идеально правильными.
Бабушка не раз вслух удивлялась, откуда у Клинта такая внешность.
– Не от Пикси, это уж точно, – пренебрежительно скривившись, говорила она. – Должно быть, он пошел в отца.
Брайан Шоу и его сын действительно были похожи, но внешность отца была более грубой, почти топорной.
– Можно мне воды? – попросила Элли.
– Если хочешь, я сделаю чай.
– Да, хочу!
Когда Клинт встал, Элли тоже вскочила на ноги:
– Я тебе помогу.
У мойки она сделала так, чтобы ее грудь коснулась его руки. Заметно смутившись, Клинт отодвинулся. Элли хихикнула, сунула руку ему под пиджак и пощекотала его. Затем, подняв голову, она куснула юношу за мочку уха и потерлась губами о его щеку.
– Тебе надо побриться, – прошептала она, после чего сочно поцеловала его в губы.
Реакция Клинта стала для девушки настоящим шоком: он резко дернулся, как будто от удара электротоком, и оттолкнул ее:
– Не смей этого делать!
– Клинт, да брось ты! Что в этом плохого?
Элли вновь приблизилась к нему и уже занесла руки, чтобы обнять его за шею, но юноша схватил ее за запястья и крепко сжал.
– Больно! – жалобным голосом воскликнула девушка.
– Оставь меня в покое! – Клинт отбросил ее руки, словно она была заразной, а на его лице появилось такое выражение, как будто его вот-вот стошнит.
– Но почему? – поинтересовалась Элли.
– Потому что моя девушка – Дэйзи, и это было бы нечестно по отношению к ней.
Некоторое время они молчали, глядя друг другу в глаза. И вдруг Элли с содроганием поняла, в чем дело, и почувствовала, как внутри у нее все похолодело.
– Нет, дело не в этом, – медленно проговорила она. – Дэйзи тут ни при чем. Дело в том, что тебе не нравятся женщины. Ты гомик.
– Если ты мне не нравишься, это еще не значит, что я гомик! – воскликнул Клинт, еще сильнее скривившись.
– Не значит, – согласилась Элли. – Но ты вел бы себя так же с любой другой женщиной. Я знаю это точно, можешь ничего не говорить.
Она стала складывать книги в рюкзак.
Опершись обеими руками о раковину, Клинт дрожал мелкой дрожью, и было заметно, что у него подгибаются колени. Его лицо стало мертвенно-бледным, а глаза смотрели куда-то сквозь Элли.
– Не говори Дэйзи, – произнес он хриплым, полным страдания голосом. – И вообще не говори никому, пожалуйста!
– Можешь не беспокоиться, – заверила его Элли, напуганная и немного пристыженная. – Я не скажу об этом ни одной живой душе.
Когда вечером Дэйзи пришла домой, никто еще не спал. Она с сияющими глазами вбежала в холл и воскликнула:
– Угадайте, что?
– Что? – прозвучал дружный ответ.
Элли промолчала, уже зная, что сейчас скажет ее двоюродная сестра.
– Мы не пошли в кино, а вместо этого гуляли по городу. Клинт предложил мне выйти за него замуж! У нас будет помолвка – в субботу мы пойдем покупать кольцо. Но только дешевое, – быстро добавила девушка. – Клинт не хочет брать у родителей деньги, а своих у него немного.
– Какая хорошая новость! – Руби вскочила па ноги и тепло обняла внучку. – Правда, Хизер?
Хизер нахмурилась:
– Дэйзи, но ты же еще так молода!
– Но, мама, мы пока не собираемся жениться: мы подождем хотя бы до двадцати одного года. Возможно, мы переедем в Лондон: там Клинту будет проще найти работу, которая ему нравится. Что-нибудь вроде сценариста… – добавила Дэйзи и счастливо улыбнулась.
– Дэйзи, я так рада за тебя! – сказала Мойра, поцеловав кузину в веснушчатую щеку.
– Пойду принесу вина, и мы выпьем за тебя! – воскликнула бабушка. – Кто-нибудь, достаньте бокалы! Как жаль, что Клинт не зашел, – мы и его поздравили бы.
– Ну вы же знаете Клинта: он такой робкий! – с видом собственницы заметила Дэйзи и посмотрела на средний палец своей левой руки, на котором вскоре должно было появиться дешевое кольцо.